Неточные совпадения
Раздался звонок, прошли какие-то молодые мужчины, уродливые, наглые и торопливые и вместе внимательные к тому впечатлению, которое они производили; прошел и Петр через залу в своей ливрее и штиблетах, с
тупым животным
лицом, и подошел к ней, чтобы проводить ее до вагона.
Он молча вышел из двери и тут же столкнулся с Марьей Николаевной, узнавшей о его приезде и не смевшей войти к нему. Она была точно такая же, какою он видел ее в Москве; то же шерстяное платье и голые руки и шея и то же добродушно-тупое, несколько пополневшее, рябое
лицо.
Когда это с ней случалось, она нескоро выходила наружу; самое ее
лицо принимало тогда выражение упрямое, почти
тупое.
Аркадий посмотрел на базаровского ученика. Тревожное и
тупое выражение сказывалось в маленьких, впрочем приятных чертах его прилизанного
лица; небольшие, словно вдавленные глаза глядели пристально и беспокойно, и смеялся он беспокойно: каким-то коротким, деревянным смехом.
Лицо третьего, Ильюши, было довольно незначительно: горбоносое, вытянутое, подслеповатое, оно выражало какую-то
тупую, болезненную заботливость; сжатые губы его не шевелились, сдвинутые брови не расходились — он словно все щурился от огня.
На скуластом
лице его, обрызганном веснушками, некрасиво торчал
тупой нос, нервно раздувались широкие ноздри, на верхней губе туго росли реденькие, татарские усы.
Через два часа Клим Самгин сидел на скамье в парке санатории, пред ним в кресле на колесах развалился Варавка, вздувшийся, как огромный пузырь, синее
лицо его, похожее на созревший нарыв, лоснилось, медвежьи глаза смотрели тускло, и было в них что-то сонное,
тупое. Ветер поднимал дыбом поредевшие волосы на его голове, перебирал пряди седой бороды, борода лежала на животе, который поднялся уже к подбородку его. Задыхаясь, свистящим голосом он понукал Самгина...
Сердито, звонким голоском Морозов посоветовал ему сначала привести себя в порядок, постричься, помыться. Через минуту Гапон сидел на стуле среди комнаты, а человек с
лицом старика начал стричь его. Но, видимо, ножницы оказались
тупыми или человек этот — неловким парикмахером, — Гапон жалобно вскрикнул...
Подсели на лестницу и остальные двое, один — седобородый, толстый, одетый солидно, с широким, желтым и незначительным
лицом, с длинным, белым носом; другой — маленький, костлявый, в полушубке, с босыми чугунными ногами, в картузе, надвинутом на глаза так низко, что виден был только красный,
тупой нос, редкие усы, толстая дряблая губа и ржавая бороденка. Все четверо они осматривали Самгина так пристально, что ему стало неловко, захотелось уйти. Но усатый, сдув пепел с папиросы, строго спросил...
На балконах уже сидят, в праздном созерцании чудес природы, заспанные, худощавые фигуры испанцев de la vieille roche, напоминающих Дон Кихота:
лицо овальное, книзу уже, с усами и бородой, похожей тоже на ус, в ермолках, с известными крупными морщинами, с выражающим одно и то же взглядом
тупого, даже отчасти болезненного раздумья, как будто печати страдания, которого, кажется, не умеет эта голова высказать, за неуменьем грамоте.
Незаметно тоже было в выражении
лица ни
тупого самодовольства, ни комической важности или наивной, ограниченной веселости, как у многих из них.
На
лице у него было
тупое, бессмысленное выражение.
Я с жадностью смотрел на это зрелище, за которое бог знает что дали бы в Петербурге. Я был, так сказать, в первом ряду зрителей, и если б действующим
лицом было не это
тупое, крепко обтянутое непроницаемой кожей рыло, одаренное только способностью глотать, то я мог бы читать малейшее ощущение страдания и отчаяния на сколько-нибудь более органически развитой физиономии.
— Вот, сердиться! Ты где стоишь? — спросил он, и вдруг
лицо его сделалось серьезно, глаза остановились, брови поднялись. Он, очевидно, хотел вспомнить, и Нехлюдов увидал в нем совершенно такое же
тупое выражение, как у того человека с поднятыми бровями и оттопыренными губами, которое поразило его в окне трактира.
Другим случалось попадать в несчастную пору, когда у него на
лице выступали желтые пятна, губы кривились от нервной дрожи, и он
тупым, холодным взглядом и резкой речью платил за ласку, за симпатию. Те отходили от него, унося горечь и вражду, иногда навсегда.
Против него садился Райский и с удивлением глядел на
лицо Васюкова, следил, как, пока еще с
тупым взглядом, достает он скрипку, вяло берет смычок, намажет его канифолью, потом сначала пальцем тронет струны, повинтит винты, опять тронет, потом поведет смычком — и все еще глядит сонно. Но вот заиграл — и проснулся, и улетел куда-то.
Вглядись в
тупую красавицу, всмотрись глубоко в каждую черту
лица, в улыбку ее, взгляд — красота ее мало-помалу превратится в поразительное безобразие.
Под влиянием этого же временного отсутствия мысли — рассеянности почти — крестьянский парень лет семнадцати, осматривая лезвие только что отточенного топора подле лавки, на которой
лицом вниз спит его старик отец, вдруг размахивается топором и с
тупым любопытством смотрит, как сочится под лавку кровь из разрубленной шеи; под влиянием этого же отсутствия мысли и инстинктивного любопытства человек находит какое-то наслаждение остановиться на самом краю обрыва и думать: а что, если туда броситься? или приставить ко лбу заряженный пистолет и думать: а что, ежели пожать гашетку? или смотреть на какое-нибудь очень важное
лицо, к которому все общество чувствует подобострастное уважение, и думать: а что, ежели подойти к нему, взять его за нос и сказать: «А ну-ка, любезный, пойдем»?
Но здесь совсем другое: эти бронзовые испитые
лица с косыми темными глазами глядят на вас с
тупым безнадежным отчаянием, движения точно связаны какой-то мертвой апатией даже в складках рваных азямов чувствовалось эта чисто азиатское отчаяние в собственной судьбе.
Обрюзглое
лицо, мешки под глазами, красный нос, мутный
тупой взгляд больших темных глаз и дрожавшие руки красноречиво свидетельствовали, чем занималась пани Марина в своих пяти комнатах, где у Приваловых был устроен приют для какого-то беглого архиерея.
Ни малейшей иронии, ни малейшей рефлексии не выражалось в
лице его; напротив, полное,
тупое упоение собственным правом и в то же время нечто доходившее до странной и беспрерывной потребности быть и чувствовать себя постоянно обиженным.
Она упала без чувств ему на руки. Он поднял ее, внес в комнату, положил в кресла и стал над ней в
тупом ожидании. На столике стоял стакан с водой; воротившийся Рогожин схватил его и брызнул ей в
лицо воды; она открыла глаза и с минуту ничего не понимала; но вдруг осмотрелась, вздрогнула, вскрикнула и бросилась к князю.
На заплывшем
лице его написано было
тупое самодовольство и неизреченная животненная плотоядность.
Нюра — маленькая, лупоглазая, синеглазая девушка; у нее белые, льняные волосы, синие жилки на висках. В
лице у нее есть что-то
тупое и невинное, напоминающее белого пасхального сахарного ягненочка. Она жива, суетлива, любопытна, во все лезет, со всеми согласна, первая знает все новости, и если говорит, то говорит так много и так быстро, что у нее летят брызги изо рта и на красных губах вскипают пузыри, как у детей.
и бедный юнкер с каждой минутой чувствует себя все более тяжелым, неуклюжим, некрасивым и робким. Классная дама, в темно-синем платье, со множеством перламутровых пуговиц на груди и с рыбьим холодным
лицом, давно уже глядит на него издали
тупым, ненавидящим взором мутных глаз. «Вот тоже: приехал на бал, а не умеет ни танцевать, ни занимать свою даму. А еще из славного Александровского училища. Постыдились бы, молодой человек!»Ужасно много времени длится эта злополучная кадриль. Наконец она кончена.
И другая линия штыков, уходя, заколебалась. Звук барабанов становился все
тупее и тише, точно он опускался вниз, под землю, и вдруг на него налетела, смяв и повалив его, веселая, сияющая, резко красивая волна оркестра. Это подхватила темп полковая музыка, и весь полк сразу ожил и подтянулся: головы поднялись выше, выпрямились стройнее тела, прояснились серые, усталые
лица.
Очередь дошла до левофлангового солдатика Хлебникова, который служил в роте общим посмешищем. Часто, глядя на него, Ромашов удивлялся, как могли взять на военную службу этого жалкого, заморенного человека, почти карлика, с грязным безусым
лицом в кулачок. И когда подпоручик встречался с его бессмысленными глазами, в которых, как будто раз навсегда с самого дня рождения, застыл
тупой, покорный ужас, то в его сердце шевелилось что-то странное, похожее на скуку и на угрызение совести.
Людям остающимся всегда тяжелее нравственно — чем людям уезжающим. Павел с каким-то
тупым вниманием смотрел на все сборы; он подошел к тарантасу, когда Клеопатра Петровна, со своим окончательно уже могильным выражением в
лице, села в него; Павел поправил за ней подушку и спросил, покойно ли ей.
Она звала его, манила, будила дремавшие в душе запросы, и уже эти первые призывы сказались в его
лице бледностью, а в душе —
тупым, хотя еще смутным страданием.
— Pardon, j’ai oublié son nom. Il n’est pas du pays, [Виноват, я забыл его имя. Он нездешний (фр.).] но, кажется, его привез Лембке, quelque chose de bête et d’allemand dans la physionomie. Il s’appelle Rosenthal. [в выражении
лица что-то
тупое и немецкое. Его зовут Розенталь (фр.).]
Рядом с нею сидела сморщенная и желтая женщина лет сорока пяти, декольте, в черном токе, с беззубою улыбкой на напряженно озабоченном и пустом
лице, а в углублении ложи виднелся пожилой мужчина, в широком сюртуке и высоком галстуке, с выражением
тупой величавости и какой-то заискивающей подозрительности в маленьких глазках, с крашеными усами и бакенбардами, незначительным огромным лбом и измятыми щеками, по всем признакам отставной генерал.
Фуражка у него была надета набок, один ус закручен кверху, а другой опускался вниз, и от этого
лицо его казалось кривым, обезображенным
тупой, мертвой улыбкой.
Это был человек лет сорока пяти, сильный брюнет, коренастый и широкоплечий. На его
лице, обросшем бородой, можно было разглядеть только черные глаза и толстый
тупой нос.
Наконец после хорошенькой Катеньки, которая, улыбаясь, вышла из двери, настал и мой черед. Я с тем же
тупым страхом и желанием умышленно все больше и больше возбуждать в себе этот страх вошел в полуосвещенную комнату. Духовник стоял перед налоем и медленно обратил ко мне свое
лицо.
Красный короткий затылок и точно обрубленное
лицо, с
тупым и нахальным взглядом, выдавали в Майзеле кровного «русского немца», которыми кишмя кишит наше любезное отечество.
Она нервно переходила из одной комнаты в другую, осматривала в сотый раз, все ли готово, и с
тупым выражением
лица останавливалась у окна, стараясь не глядеть в дальний конец Студеной улицы.
Болели обожженные пальцы, саднило
лицо, из глаз текли слезы, но меня угнетала не боль, а тяжелое,
тупое удивление: зачем это сделано со мной?
Солдат стоял в двери каюты для прислуги, с большим ножом в руках, — этим ножом отрубали головы курам, кололи дрова на растопку, он был
тупой и выщерблен, как пила. Перед каютой стояла публика, разглядывая маленького смешного человечка с мокрой головой; курносое
лицо его дрожало, как студень, рот устало открылся, губы прыгали. Он мычал...
— И он. Кричал на них. Они как будто жаловались друг на друга. И если б вы взглянули на этих посетителей!
Лица смуглые, широкоскулые,
тупые, с ястребиными носами, лет каждому за сорок, одеты плохо, в пыли, в поту, с виду ремесленники — не ремесленники и не господа… Бог знает, что за люди.
Она была шестью годами старше брата и чрезвычайно была бы похожа на него, если бы не общее всем глухонемым
тупое и грубо-переменчивое
лицо.
Лицо мирового на этот раз лоснилось таким довольством, как никогда. Не думал ли он, что в этот вечер его Наденьке будет сделано предложение? Не для того ли он припас и шампанского, чтобы поздравить молодых? Я пристально взглянул на его физиономию, но, по обыкновению, не прочел ничего, кроме бесшабашного довольства, сытости и
тупой важности, разлитой во всей его солидной фигуре.
Сосед с левой стороны у Ивана Дмитрича, как я уже сказал, жид Мойсейка, сосед же с правой — оплывший жиром, почти круглый мужик с
тупым, совершенно бессмысленным
лицом. Это — неподвижное, обжорливое и нечистоплотное животное, давно уже потерявшее способность мыслить и чувствовать. От него постоянно идет острый удушливый смрад.
Наступает молчание. Из кухни выходит Дарьюшка и с выражением
тупой скорби, подцепив кулачком
лицо, останавливается в дверях, чтобы послушать.
После обеда пришел Михаил Аверьяныч и принес четвертку чаю и фунт мармеладу. Дарьюшка тоже приходила и целый час стояла около кровати с выражением
тупой скорби на
лице. Посетил его и доктор Хоботов. Он принес склянку с бромистым калием и приказал Никите покурить в палате чем-нибудь.
Над ним наклонилась Палага, но он не понимал её речи, с ужасом глядя, как бьют Савку: лёжа у забора вниз
лицом, парень дёргал руками и ногами, точно плывя по земле; весёлый, большой мужик Михайло, высоко поднимая ногу, тяжёлыми ударами пятки, чёрной, точно лошадиное копыто, бухал в его спину, а коренастый, добродушный Иван, стоя на коленях, истово ударял по шее Савки, точно стараясь отрубить голову его
тупым, красным кулаком.
Старичок был весь чистота и благообразие: на
лице его и следа нет ни желтых пятен, ни морщин, обыкновенно портящих
лица карликов: у него была очень пропорциональная фигура, круглая как шар головка, покрытая совершенно белыми, коротко остриженными волосами, и небольшие коричневые медвежьи глазки. Карлица лишена была приятности брата, она была одутловата, у нее был глуповатый чувственный рот и
тупые глаза.
Заветревевшие, запеченные
лица, покрытые какой-то бурой корой,
тупой апатичный взгляд, растрескавшиеся губы, корявые руки — все это красноречивее всяких описаний говорило за те беды и напасти, которые должен пережить каждый бурлак, прежде чем попадет сюда, то есть на Черный рынок, это обетованное место, настоящий бурлацкий рай для всех Гришек, Бубновых и Кравченков.
На Маришку посыпался град ударов. Собравшаяся толпа с
тупым безучастием смотрела на происходившую сцену, и ни на одном
лице не промелькнуло даже тени сострадания. Нечто подобное мне случилось видеть только один раз, когда на улице стая собак грызла больную старую собаку, которая не в состоянии была защищаться.
Молчание. Маришка только на мгновение подымает свои большие, когда-то, вероятно, красивые глаза и с изумлением обводит ими кругом ряд суровых или улыбающихся
лиц. На одно мгновение в этих глазах вспыхивает искра сознания, по изможденному, сморщенному
лицу пробегает нервная дрожь, и опять Маришка погружается в свое
тупое, одеревенелое состояние, точно она застыла.
«А, право, похож на помешанного», — подумал Хрипач, увидев следы смятения и ужаса на
тупом, сумрачном
лице Передонова.